24.10.2020 15:27

Фотограф Таир Джафаров: Своими фотоработами я хотел донести правду о ходжалинском геноциде до мирового сообщества

Почерк фотографий Таира Джафарова не спутать ни с кем. Его работы отличаются абстрактностью, но все они не оторваны от объективной реальности, которую, порой, гораздо ярче можно передать именно с  помощью абстрактного восприятия. О том, как он пришел в фотоискусство и как стать настоящим профессионалом своего дела Таир Джафаров рассказал в интервью ru.thebusinesstimes.az.

Когда произошло ваше осознание того, что вам хочется связать свою жизнь с фотоискусством?

-Первое знакомство с фотоаппаратом я очень хорошо помню. В детстве я потерял свой дом, он сгорел. Жил я тогда на знаменитой улице «Советской», мне было 12 лет, я пришел домой и увидел, что наш дом окутан огнем и дымом. В этот момент я почему то подумал о том, что нужно непременно спасти фотоаппарат «Смена», который висел в коридоре. Я забежал в дом, охваченный едким плотным дымом, на ощупь нашел фотоаппарат и выбежал с ним. В доме сгорело все, остался один фотоаппарат, который мне удалось вынести…  С тех пор я с фотоаппаратом не расстаюсь вообще. Затем было обучение в фото кружке «Дома пионеров». Там же произошла встреча, которая предопределила мою судьбу. Однажды я увидел, что во «Дворце пионеров» сидит человек с длинными белыми волосами, в странном белом длинном одеянии.  Я почему –то решил, что это женщина, мое детское восприятие тут же обратилось к ее величественному образу. Я подошел к ней и попросил ее сфотографировать на свой фотоаппарат, но оказалось, что это вовсе не женщина, это был великий азербайджанский художник Саттар Бахлулзаде, который преподавал детям живопись  в этом дворце. Он был неординарен в своем стиле одежды, что и сбило меня с толку. Но он на меня не обиделся, разрешил себя сфотографировать. Более того, он мне сказал, что я обязательно стану хорошим фотографом, его слова я пронес через все свою жизнь.

Кого вы считаете своим учителем?

-Главным своим учителем я  считаю книги о фотографии и фотоискусстве. Сегодня ситуация такая же, если кто-то хочет изучить фотоискусство, творческую фотографию, пусть прежде всего изучает книги, там все подробно описано.

После  «Дворца пионеров» я устроился на киностудию «Азербайджанфильм», где проработал приличный   отрезок времени.

У меня было желание поступить во ВГИК, тем более, что я помогал многим туда поступать, однако многие из моих друзей и знакомых были против этого моего рвения. Так известный азербайджанский кинооператор Ариф Нариманбеков сказал мне, что  мне эта учеба ничего хорошего не принесет. Он мне так и сказал, «ты потеряешь свое здоровье, работая оператором. А фотографию придется забросить». Я подумал, даже отправил туда свои фотоработы, меня пригласили на учебу в Москву, но я решил не  ехать…

Когда началась ваша профессиональная карьера фотографа?

– В газеты и журналы я отправлял свои работы уже с 14 лет, с этого же возраста я начал зарабатывать немалые деньги, больше даже чем некоторые штатные сотрудники СМИ.  Я долгое время работал в газете Насира Имангулиева «Бакы» и «Баку». Это был очень благородный человек, с которым было очень приятно сотрудничать, а работа в этом издании стала для меня настоящей школой.

Когда у Анри Картье Брессона спросили о том, что для него свобода- он ответил, «Свобода для меня заключена в строгие рамки фотографии, а внутри этой рамки возможны любые вариации». С этим высказыванием невозможно не согласиться, настоящий фотограф – художник и внутри рамки действительно можно сотворить что угодно. Вообще я очень люблю творчество Брессона, его по смелости творческой мысли можно сравнить с Дали, Пикассо.

Кстати, я одним из первых в нашей стране начал делать концептуальные абстрактные фотографии, глядя на которые многие даже не верят, что это фотография, они думают, что это рисунок.

Одними из первых моих концептуальных фоторабот стали фотографии о Ходжалинской трагедии. У меня многие спрашивают, почему я начал делать концептуальные работы по этой трагедии. Так вот, я был вынужден это делать, так как иначе невозможно было донести эту трагедию до европейского сообщества. В сами Ходжалы нам фотографам попасть не удалось, а потому пришлось снимать ходжалинцев, которым удалось выжить в этой страшнейшей трагедии XX века. Как – то так само собой получилось, что у  меня начали получаться абстрактные фотоработы. Потом мне удалось провести первую выставку данных фоторабот. Первая выставка состоялась в Сумгайыте. Некоторые из посетителей не понимали сути моих абстрактных фоторабот. К примеру на одной фотографии изображен старик- ходжалинец, которому как будто стреляют в лоб. У меня спрашивали, что это, как это понять, фотография какая-то мутная, размытая…на что я им отвечал, внимательно всмотритесь в фото и вы увидите своих предков, которые давно ушли от вас. Вы знаете, после этого, многие просто теряли сознание во время рассматривания этой фотоработы, я ничуть не преувеличиваю, поверьте мне.

Для этих фото я использовал особую технику и фотографии получались в некотором смысле действительно жуткими по своей степени реалистичности.

Одной из любимых моих работ этой серии я считаю фотографию совсем пожилой ходжалинки, которая сидит на фоне изображения 12 пророков, а вокруг нее висят зеркала, много зеркал. Когда я спросил у нее, для чего ей столько зеркал, она ответила, что все ходжалинки были красавицами, они любили смотреться в зеркала, прихорашиваться и вот по привычке, даже в преклонном возрасте она все еще любит смотреться в зеркала…

Вам ближе цветные, или черно- белые фотографии?

– Когда у меня спрашивают какое фото я больше люблю – цветное или черно-белое, я говорю, что предпочитаю цветные фото.

Перевод слова «фотография» означает светопись, то есть фотограф – это художник, пишущий светом. Многие фотографы утверждают, что черно-белые фото интереснее цветных, но я с этим не согласен, цветные фотографии дают больше возможностей фотографу, хотя, конечно, я не умоляю, заслуг и черно-белого фото.

Вы были личным фотографом маэстро Ниязи, расскажите о работе в великим музыкантом

– Этот человек был великим, но в то же время он был очень простым в жизни. Его талант был даром свыше, он был настоящим самородком. Работа с таким великим человеком позволила мне лицезреть гения  в процессе его работы. Он был поистине великим музыкантом, у маэстро был абсолютный слух, он мог слышать фальшивые ноты в оркестре из нескольких десятков человек и с точностью назвать того музыканта, который фальшивил.

Мне посчастливилось также познакомиться с великим Гейдаром Алиевым. Это произошло в театре оперы и балета в непростые для Гейдара Алиевича дни.  Он находился в зале инкогнито и я узнал его только заметив телохранителей. Я дождался, когда все вышли из зала и подошел к нему. Я спросил, как он может так рисковать собственной жизнью, приехав в Баку, на что Гейдар Алиев сказал, что он просто не может не присутствовать на юбилее Джафара Джаббарлы, произведения которого он очень любил.  После концерта, я организовал встречу Гейдара Алиевича с известными профессорами, во время их беседы я сделал несколько интересных кадров, которые сегодня можно назвать историческими».

Существует ли «рецепт» того, как сделать удачное фото?

-Лично я никогда не составляю план того, что и как я буду снимать. Я считаю, что для того, чтобы сделать талантливый и качественный снимок не нужно думать, нужно слушать свое сердце и фотографировать. Ведь как говорил Анри Картье Брессон, единственный момент творчества – это одна двадцать пятая доля секунды, когда щелкает затвор, в камере мелькает свет и движение останавливается. Фотограф может проявить себя только в этот миг и если ему это удалось хотя бы раз, значит он настоящий художник, пишущий светом.

С.АЛИЕВА